Сплошные запреты

فَكَيْفَ تَتَحَوَّلُ التَّكَالِيفُ الصَّعْبَةُ إِلَى شَيْءٍ سَائِغٍ حَلْوٍ

Как сложные предписания, вроде пяти обязательных молитв или поста в месяц Рамадан, могут быть на самом деле саиг, халю — приятными, вкусными, сладкими?

لَيْسَ الدِّينُ ابْتِعَادًا عَنِ الْمَحْظُورَاتِ ابْتِعَادَ خَائِفٍ مِنْ مَجْهُولٍ

Религия — это не то, чтобы человек отстранялся от запретного, боясь чего-то неизвестного.

أَوِ ابْتِعَادَ مُكْرَهٍ مُضْطَرٍّ

Или же религия — это не то, чтобы человек удалялся от чего-то, будучи принуждённым к этому.

إِنَّهُ الْوَجَلُ مِنْ عِصْيَانِ مَلِيكٍ مُقْتَدِرٍ

Религия — это когда ты испытываешь трепет и не совершаешь грехов перед Маликом Муктадиром. Малик — управляющий всем и вся, владеющий всем и вся. Да, вот те же самые книги о 99 именах Бога: Малик — владеющий всем и вся. Муктадир — тот, кто может абсолютно всё.

Попробую донести это предложение. Он говорит: часто люди по своему ограниченному мышлению или жизненному опыту воспринимают религию как сплошные запреты. Это очень распространённое явление, особенно с появлением интернета и социальных сетей. Очень нездоровое восприятие религии.

По сути, религия — это не то, чтобы человека заставляли в чём-то себя ограничивать или боялись чего-то неизвестного. Нет. Ты испытываешь трепет и не делаешь что-то плохое, запретное: не употребляешь алкоголь и наркотики, не куришь, не совершаешь прелюбодеяние, не лжёшь. То есть те вещи, которые очевидным образом запрещены в религии, ты не делаешь из-за трепета перед Тем, Кто владеет всем и может всё, — Маликом, Муктадиром.

На самом деле очень красивое предложение. То есть когда человек думает — ну да, обычный человек, в том числе религиозный, — вот он совершил очередной намаз, и он такой: «Пуп земли». Жене скажет: «Что ты намаз не совершаешь?» Детям скажет: «Чего вы намаз не совершаете?» Хотя, как я обычно говорю, дети — это не собственность, а ответственность.

Человек верующий должен, по сути, так намаз совершать, чтобы и другие тоже сами хотели намаз совершать. То есть ты должен так совершать намаз, ты должен стать таким благородным человеком. Если хочешь — миллионером, как он, миллиардером, хочешь — это не обязательно, это не важно. Учёным будешь, не знаю, политиком — не важно. Но твоя религиозность настолько красивая, что другие тоже хотят быть религиозными. В первую очередь твоя семья.

И вот здесь момент какой: человек верующий, не совершая какого-то греха, не то чтобы чего-то боится, он испытывает трепет перед Всевышним, Который — Аль-Малик, Муктадир. Всевышний, Который владеет всем и может всё.

Не знаю, слышите вы этот нюанс или нет. Он всем владеет, и Он может всё. И ты, испытывая трепет перед Ним и Его всесилием, не делаешь что-то плохое, не совершаешь очевидного греха.

И представьте, какие возможности тебе открываются. Потому что Всевышний — Он ятасаррафу фи мулькихи кайфа яшаа — распоряжается всем и вся, как пожелает. И при таком подходе подняться до уровня 16 миллиардов капитализации — это просто для Всевышнего: кун фаякун. Он создаёт причины, а Всевышний говорит: «Всё, пусть оно так и будет». И через полгода у него не 16, а 25 миллиардов капитализации. И всё.

И всё это просто, но он не изменится в плохую сторону. Деньги его не испортят. Потому что в этом, в материальном, он видит не очередной костюм, не очередные часы, не очередную жену, не очередную машину. В этом он видит проявление к нему божественной милости. Это для него как одна из форм поклонения Всевышнему, покорности Всевышнему.

Потому что только Сам Всевышний — Малик, Муктадир. Он всем владеет. То есть у него есть убеждённость и понимание, что Всевышний всем владеет, а не он.

Капитализация уменьшается, увеличивается — у него от этого не пропадёт желание читать намаз. Капитализация уменьшилась в два раза — он что, расстроился и теперь намаз не читает?

Бывают такие люди: «Я намаз читаю, а мне Всевышний не даёт». Я не понял: ты что, намаз читаешь, чтобы тебе Всевышний дал? А посмотри, сколько Он тебе уже дал всего. И даже то, что ты намаз читаешь, ты делаешь это для себя. Ты даже это понять не можешь — сколько у тебя всего уже есть.

Как порой говорят, даже нерелигиозные люди: попробовать оценить тело человека, например зрение. Вот нет у человека зрения — он может за какие-то деньги купить зрение? Вот он незрячим родился. Это же не сосчитать никакими деньгами, а Всевышний тебе это просто так дал.

А ты говоришь о том, что просишь, а Всевышний тебе не даёт. Даст, но тебе не даёт, потому что ты просишь, чтобы Он тебе дал. Вот только из-за этого ты просишь. И Он тебе не даёт, и наружу как раз проявляется то, что ты весь привязан к этому земному.

Вот Он не привязан, для Него это не важно, а ты привязан. Поэтому у тебя при уменьшении капитализации настроение ухудшается. Оно не должно ухудшаться, это не важно. Вот здесь уместно будет сказать: это земное, и это не должно влиять на твою духовность, религиозность.

Но, безусловно, когда у него даже очередные сто рублей дополнительно появятся, он будет переполнен ощущением и внутренним зикром: «Альхамдулиллях». Само сердце будет его говорить. За каждую мелочь — альхамдулиллях. Потому что в этом дело не в деньгах. Вопрос в том, что материальное — это проявление к нам божественной милости. И через материальное человек идёт к вечному.