Твой уровень

Тема: «Ан-назафату ват-таджаммуль вас-сихха». Главное, чтобы мы смогли извлечь что-то полезное для нашей повседневной жизни. «Ан-назафату ват-таджаммуль вас-сихха», то есть чистота, красота и здоровье, — так называется тема.

Хотя, по сути дела, сама книга «Хулюкуль-муслим» — про нравственную составляющую верующего человека. В то же время эта тема — «ан-назафату ват-таджаммуль вас-сихха» — сочетается с нравственностью и дополняет её. То есть это имеет прямое отношение к нравственности.

И вот первый шаг в этой теме: «Аляль-муслими фи кулли са‘атин мин ‘умрихи ан яс‘а нахваль-камаль». Вот эту строчку я сам многократно цитировал, ну, не цитировал, а читал. Я взял в последнюю свою поездку, в дорогу, эту книжку, читал, перечитывал, смотрел некоторые слова по словарю. Мне интересно было, какие есть грани смысла.

И вчера утром, когда в очередной раз сел читать: «Аляль-муслими фи кулли са‘атин мин ‘умрихи ан яс‘а нахваль-камаль», то есть с каждым разом всё больше задумываешься. Именно чем больше читаешь, повторяешь тот или иной аят, тот или иной хадис, в данном случае богословское высказывание, тем больше понимаешь.

Когда повторно читаешь, настраиваешь свой мозг, чтобы он всё-таки читал в контексте последующего применения, то в данном случае это очень красиво звучит.

«Аляль-муслими» — сама форма «аляль-муслим», то есть обязанностью верующего человека. «Фи кулли са‘атин» — в каждом часе жизни, «мин ‘умрихи» — из его жизни, «ан яс‘а нахваль-камаль». «Яс‘а» — это стремиться, то есть стремиться в направлении совершенства.

Что поняли?

— Улучшать свой нрав, идти за знаниями.

Ну, понимаете, вы говорите общие вещи: нрав, знания, совершенствоваться. Здесь говорится про какую единицу времени?

— Час.

Кто сказал? Молодец. Я для себя это вчера отметил. Но вроде как я стараюсь быть результативным, не знаю. Даже сегодня на утренний намаз встал и что-то заснуть не могу. Я столько физических упражнений сделал, думаю: «Ну тут что лежать? Ты это не сможешь заснуть».

И я начал прокачивать свои мышцы просто на полу. Спортивный мяч кто-то из детей забрал в комнату, я его не нашёл. Просто начал прокачиваться. Там реально сотни упражнений, сотнями шли. Ну ладно.

Опять же, потом, в процессе, стараясь заснуть, ты какие-то дуа по-своему проговариваешь. У меня там одно из ключевых: «Ля иляха илля анта, субханака инни кунту миназ-залимин».

Я к тому, что мы с вами стараемся, чтобы каждая единица времени — час ли, минута ли, секунда — проходила осознанно и с какой-то пользой.

Вот, например, когда вы обедаете, что вы можете делать параллельно?

— Телефон смотреть.

Да, но лучше параллельно, если рядом нет детей, жены, близких, с кем вы общаетесь, то в этом случае лучше что?

Я аудиокниги слушаю, даже здесь, на работе. Недавно я ехал 1200 километров. В какой-то момент дети слушали другие аудиокниги, у кого какие дела были, а я просто взял наушники и поставил скорость 2, чтобы быстро читалось.

Потому что, когда ты много читаешь, много слушаешь, вроде как много знаешь, тебе нужна такая скорость. Информация — она: тык-тык-тык-тык-тык, мозг схватывает полезное.

По сути дела, всегда можно сделать что-то полезное. Но в данном случае здесь даже не то, что мы используем время для работы с телом, с мозгом, с душой, с нашими близкими. В то же время здесь, если обратить внимание более точно, упоминается именно час.

И что ещё? «Яс‘а нахваль-камаль». Человек бежит, именно стремясь к чему?

Тоже не уловили, видите?

— К деньгам, брат.

Ну вот, хотя бы сейчас проснулись. Так, направление чего?

Камаль — это совершенство.

На днях мы пересеклись с одним человеком, и он говорит: «Слушай, вот я пересёкся с тем товарищем, у него такие мощные кубики, мышцы пресса». Меня это конкретно задело. Я думаю: «Это что, он имеет в виду, что у меня не настолько выражены кубики?»

Я, конечно, специальную химию всякую не ем, которая делает рельефность мышц, но я работаю. Меня это зацепило, и я начал ещё больше делать упражнений. Сегодня встал и думаю: «Я не сотню сделаю, а две сотни».

Это уже утром, когда встал, когда уже на работу ехать. Тяжело, конечно, потом дышать. Если кто пробовал, это когда вы в планке колени к груди подтягиваете. То есть коленом должны ударить о грудь. Штука сложная. Попробуйте сто раз сделать. Прямо как будто какой-то марафон пробежали. А потом ещё добавьте сотню, когда отдышались.

«Нахваль-камаль» — стремление к чему?

— Воспитание детей, тело, интеллект, знание языка.

Можно сказать: «Шамиль, ты столько лет изучаешь арабский язык — с 1986 года, потом 1992-й и так далее». Но у меня на столе постоянно словарь.

— А чего удивительного?

Постоянно словарь. А за спиной ещё толковые словари. Если в этом словаре нет, есть арабско-арабские. Потому что ты должен слышать смысл, нюансы смысла. Бывает, что выражение можно примерно понять, а можно понять более точно.

Я это к тому, что стремиться к совершенству нужно в том числе и в знании русского языка. Русский язык — очень богатый язык. Порой люди говорят… Даже когда я слышу какие-то слова от младшего, которому сейчас шесть, а в августе исполнится семь, — какие-то редкие слова. Видно, мозг схватывает редкие слова.

Я даже эти слова не употребляю, я их, как бы, знаю в общем, но точно не знаю. Не такие красивые слова на русском. А когда он говорит на татарском, на родном языке, я вообще в шоке. Как будто это литературный, чисто литературный татарский язык.

То есть знание языка совершенствуй, и этому нет предела. Тело совершенствуй, и этому нет предела. Молитву совершенствуй, и этому нет предела.

Но обычно люди совершенствуют молитву, дополнительные молитвы и всё остальное. А мне кажется, я сомневаюсь, я хочу быть более искренним, ещё что-то, ещё что-то. Хотя в идеале надо всё упростить, по крайней мере.

Вот распространённая вещь у новичков. Знаете, какая? Я порой читаю намаз в задних рядах. Вчера тоже как раз на зухр я встал в задних рядах, и один человек подошёл. Я часто с этим сталкивался.

Человек, который давно читает намаз, куда кладёт свои личные вещи? Те, которые давно читают. Он кладёт прямо перед собой, потому что дальше встанет другой человек. А новички обычно кладут сбоку, чтобы им не мешало.

Ну, сбоку-то ты кладёшь, а потом другой приходит и двигает это дальше. Как хочешь, можешь повесить — рядом не было вешалки. Суть в том, чтобы главное было перед собой, а не за собой.

Когда кто-то взял твою вещь и передвинул, ты можешь не отвлекаться?

Не можешь. То есть даже в таких мелочах есть в чём совершенствоваться.

«Аляль-муслими фи кулли са‘атин мин ‘умрихи айдан нахваль-камаль».

Ладно, дальше я буду коротко, постараюсь вам говорить.

«وَيَحُثُّ الْمَسِيرَ إِلَى الِارْتِقَاءِ الْمَادِّيِّ وَالنَّفْسِيِّ».

То есть обязанностью верующего в каждом часе его жизни является стремление в направлении совершенства, то есть совершенствовать себя в тех или иных навыках, а не просто совершенствоваться.

«وَيَحُثُّ» — побуждает себя. «الْمَسِيرَ إِلَى الِارْتِقَاءِ» — свой путь к развитию.

«Иртика» — интересное слово. Понятно, что оно означает «подниматься», но я специально решил его посмотреть. Точный смысл — постепенное развитие, рост, эволюция. То есть когда постепенно поднимаешься вверх.

«الْمَادِّيِّ وَالنَّفْسِيِّ» — как материально, так и духовно.

То есть ты постоянно… Я часто разговариваю об этом с детьми, мне, по крайней мере, это важно. Нас в жизни многое расхолаживает, расслабляет. Если у вас есть деньги на питание, расходы семьи, коммуналку, если базовый минимум есть, человек начинает, особенно мужчина, что делать? Расслабляться.

Женщине с детьми нужно стирать, готовить, отправлять ребёнка в школу, в садик. А мужчина часто говорит: «Ну вот, я же заработаю, я заработал, ну что ты ещё хочешь?» У него есть раннее утро, вечер, выходные, но его цель была лишь такая: «Я заработал, обеспечил, и отстаньте от меня».

И таких мужиков очень много. Хотя эта строка — «уа яхуссу аль-масира иляль-иртика‘ аль-маддийи уан-нафсий» — говорит о том, что мусульманин обязан стремиться, «яхусс» — сам себя побуждать, подстрекать, подталкивать идти по пути постепенного развития и роста, причём как материального характера, так и духовного.

Когда слышишь эту строчку, нужно заставить свой мозг задуматься над чем? У вас вообще есть это — «иртика‘ маддий уан-нафсий», материальный и духовный рост?

Должны быть какие-то цели, то есть к чему ты стремишься с точки зрения материального. Обычно человек говорит: набор — квартира, дом, машина, один раз съездить загорать в Турцию. Такие базовые вещи.

Хотя, по сути дела, «аляль-муслим» очень хорошо говорит: мусульманин каждый час своей жизни должен стремиться «нахваль-камаль» — к совершенству. У него должен быть постоянный рост, причём постепенный, «иртика‘», как материальный, так и духовный.

Но большинство мусульман так не живут, к сожалению. Они останавливаются. Поэтому вы слышите от людей: «Вначале я так воодушевлённо намаз читал, а потом уже ничего не чувствую. То чувствую, это не чувствую. Иногда читаю, иногда не читаю».

Сам подход изначально был неправильным. Подход к новизне: новизна, что-то новое.

Вот человек купил новую машину — такой довольный, как ребёнок. Он всю жизнь мечтал об этой «Ниве» или «Ладе». Поездил неделю-другую, потом смотрит: а у соседа Kia. Всё, побежали за Kia.

Потом купил Kia — всё довольный, довольный, неделю-две, а потом как-то приелось. Что дальше? Какая-нибудь Toyota. Потом ещё что-то. Нужно это или нет, не знаю.

Но суть в том, что жизнь получается мелковатой. Должны быть цели и материальные, и духовные. Та же самая молитва — это не то новое, что появилось, было интересно, а потом перестало быть интересным. Дело в том, что у человека не было задачи совершенствовать себя духовно.

У него была задача выделиться совершением намаза, научиться чему-то, попробовать что-то новое. А потом это приелось, надоело, и жизнь закрутила дальше.

Поэтому здесь: «Аляль-муслими ан яхусса аль-масира иляль-иртика‘ аль-маддийи ва-н-нафсий». Мусульманин обязан сам себя подталкивать, побуждать к тому пути, на котором он постепенно растёт и развивается, причём как материально, так и духовно.

«فَإِنَّ مُسْتَقْبَلَهُ عِنْدَ اللَّهِ مُرْتَبِطٌ بِالْمَرْحَلَةِ الَّتِي يَبْلُغُهَا فِي تَقَدُّمِهِ».

Поистине, будущее человека пред Богом непосредственно связано с тем, какого уровня он достигнет в своём развитии.

Обычно человек слышит только то, что, на каком аяте Корана ты остановишься, такую степень в раю ты получишь. И человек читает Коран, например.

Но, как мы знаем, и сунна, и сунна сподвижников — в том числе самого Пророка и сподвижников — заключается не в том, что они спешили читать. Они спешили понять и применить.

И вот этот «такаддум» — здесь говорится о том, что твоё будущее пред Всевышним связано с тем, какого уровня ты достигнешь в своём развитии.

Это непросто. Мы же с годами называем себя: «Я уже старик», «Я уже не тот», «Я когда-то зарабатывал», «Я когда-то был спортивным». Какая-то совсем не мусульманская программа.

Человек идёт к седым волосам с тем, что: «Я буду молиться, я буду поститься». Классно, молодец. Но духовных и материальных целей особо нет. Вот этого «иртика», «такаддума», постепенного роста нет.

Обычно.

«إِنْ أَدْرَكَهُ الْمَوْتُ».

И вот здесь он чуть раскрывает то, что до этого сказал.

«إِنْ أَدْرَكَهُ الْمَوْتُ وَهُوَ فِي الْقِمَّةِ كَانَ مِنْ أَصْحَابِ الْفِرْدَوْسِ الْأَعْلَى».

Если человека постигает смерть, когда он находится на вершине, «ва хува филь-кимма», на высоте, то он будет из обитателей высшего Фирдауса.

Высота, опять же, — возвращаясь к «иртика‘ аль-маддий уан-нафсий», — высота с точки зрения материальных и духовных достижений. Он находится на высоте.

«كَانَ مِنْ أَصْحَابِ الْفِرْدَوْسِ الْأَعْلَى».

Это ведёт его к тому, чтобы занять высшие уровни в райской обители. То есть человек всю жизнь совершенствовался, он рос.

«وَإِنْ أَدْرَكَهُ وَهُوَ مُقْتَصِدٌ يَنْقُلُ خُطَاهُ فِي السُّفُوحِ الْقَرِيبَةِ كَانَ بِحَسْبِهِ أَنْ يَنْجُوَ».

Если же человека постигает смерть, когда он «муктасид», то есть умеренный, — ни к чему не стремится, но и ничего плохого не делает, живёт средне, умеренно, — он идёт у подножия, у основания.

«Янкулу хутáху», то есть идёт у основания, у ближайших склонов. Он никуда не поднялся в материальном и духовном плане. Он так и остался у основания горы, но, по крайней мере, шёл.

«Кяна би-хасбихи ан янджуа». Этого будет достаточно, чтобы он спасся.

То есть человек верующий, но у него обычная, простая жизнь: нет стремления к знаниям, физическому развитию, стремления к тому, чтобы было много детей, чтобы их воспитать, развить, привить им правильные навыки. Нет такого.

Даже иногда слушаешь сегодняшних людей двадцати с лишним лет — не говоря уже о Европе, а о нашей стране. У нас уже правительство что только не делает: ипотека под 6%, хотя инфляция 20%, и ещё что-то вам подарим, материнский капитал увеличим. А люди 20+ говорят: «Да ну, я своей жизнью живу. Что мне до этого?»

Ведь это не просто: беременеть, рожать, кормить молоком, всё обеспечивать, постоянно стирать — тут разлил, тут памперсы, тут ещё что-то. Кому столько хлопот нужно?

Я порой слышу это и иногда спрашиваю кого-то: «Двое детей? Как планируешь?» Я говорю: «Двое, но им же будет скучно».

Поэтому здесь «муктасид» — это тот, кто средний. Человек прожил среднюю, нормальную жизнь: намаз читает, мусульманин или мусульманка, один ребёнок есть, два ребёнка есть. Вроде всё нормально, потихонечку живём себе, умираем.

Здесь говорится: да, конечно, если у человека был базовый минимум, в том числе в плане веры, то «би-хасбихи ан янджуа» — он спасётся.

«وَإِنْ أَدْرَكَهُ وَقَدْ رَاجَعَ الْقَهْقَرَى وَضَلَّ الْغَايَةَ».

Но если человека постигает смерть тогда, когда он «раджа‘а аль-кахкара». Четырёхбуквенные глаголы в арабском языке — редкость. Здесь «кахкара» — такой четырёхбуквенный глагол.

«وَقَدْ رَاجَعَ الْقَهْقَرَى» — то есть пятится назад.

Есть категории людей, которые вроде как мусульмане, нормальные, хорошие, но их жизнь — это движение назад. «Далля аль-гая» — они теряют цель. Пусть даже у них появляется цель, потом она теряется. Есть какая-то целеустремлённость, а потом её нет. И вот так: то туда, то сюда, но в итоге — «раджа‘а аль-кахкара», пятится назад.

«تَخَطَّفَتْهُ زَبَانِيَةُ الْعَذَابِ الْأَلِيمِ».

Эти люди окажутся уже… «Тахаттафа» — подхватывать. Их подхватят ангелы, бросающие человека в преисподнюю, в ад.

«Уа ман кана фи хази а‘ма, хушира яума-ль-‘ард а‘ма». Это тоже известное: кто в этой жизни слеп, тот и в Судный день будет слеп.

«Уа ман кана кадира» — кто в этой жизни грязнуля, «бу‘иса кадалик» — таким же он и воскреснет.

Этот трек я назвал «Твой уровень». Ведь мы… Ну да, здесь будет тема про чистоту. «Кадира» — это чисто материальная грязь.

Даже если взять случай двухнедельной давности: этажом ниже есть боковой вход в мечеть, там тоже много людей заходят. Ко мне кто-то пришёл, и я провожал его через тот вход после джума.

Ля хауля ва ля куввата илля биллях. На этом входе был такой запах носков, что я просто был в шоке.

Я натренирован, мне не важно, кто что подумает. По-моему, это был кто-то из новичков. Может, он впервые пришёл, может быть, ему неудобно. Я не сторонник таких замечаний, но, по факту, думаю: «Господи, это же прямо мощный запах, как будто человек неделю…»

Это как в своё время в детстве говорили: носок у человека не ложится, а стоит. То есть его вообще не моют. В восьмидесятых некоторые этим даже хвастались: «У тебя такой носок, ты с прошлой зимы его не мыл».

Я думаю: «Вау». Но всё-таки ковры для нас важны, и мы недавно сделали химчистку ковров. У нас есть специальный большой моющий пылесос.

Вы видели: зал перекрывали на несколько дней, потому что использовали специальные моющие средства, мощную машину, а потом ковры должны несколько дней сохнуть. И вот зал за залом сделали всю эту химчистку.

После пятницы — вообще вау. И это тот вход, через который обычно люди заходят, просто повседневно. Всё это отмыли несколько раз.

Но вот «кадира» — именно когда для человека грязь, нечистоплотность становятся привычными. Здесь говорится: «Ва ман кана кадирaн бу‘иса кадалик». Кто привык к грязи в своей жизни, таким же в Судный день и воскреснет — со своими стоящими носками, да, в зубах.

Эту часть я назвал «Твой уровень».

Для меня, как для обычного человека, важно бывает то, что я однажды был на одном мероприятии. Там был очень известный российский религиозный деятель. Его попросили прочитать Коран.

Когда с годами у тебя уже есть положение, к тебе прислушиваются, у тебя должность — пятая, десятая, — к сожалению, порой бывает, что ты перестаёшь совершенствовать свои профессиональные навыки. Это в любой области: и в религиозной, и в любой другой.

Человек думает, что он уже всё знает в своей профессии. И вот этот человек на мероприятии прочитал Коран и сделал столько ошибок. Конечно, его никто не исправлял, но я сам про себя подумал: Коран нужно постоянно повторять.

То же самое с языком: ты должен проговаривать. Если ты занимаешься богословием и арабским языком, неважно, сколько лет ты этим занимаешься и сколько книг написал. Это не важно.

Важно то, что ты сохраняешь тот уровень, который у тебя есть. Но в идеале что? «Аль-иртика‘, маддий уан-нафсий» — постепенный рост.

Сколько лет я пишу, читаю книги и так далее, но всё равно с огромным удовольствием читаю аяты, хадисы или богословскую литературу. Мой мозг прямо весь светится, ему приятно.

Но в то же время в начале ему в каких-то ситуациях неприятно, потому что мозгу всё простенькое подавай. А когда текст сложный, он начинает сопротивляться.

Когда вы работаете с прессом и вам нужно сделать сто очень тяжёлых упражнений, послушайте себя — вам же не хочется.

И здесь вопрос в том, сохраняешь ли ты свой уровень, делаешь ли упражнение устойчивее. На брусьях у меня свой норматив. Как в школе я подтягивался, так и сейчас, хотя уже шестой десяток.

С одной стороны, ты должен, как я это называю, подтверждать статус — духовный, интеллектуальный. Та же обязательная молитва для тебя — норма, ты её совершаешь.

Но в то же время стараешься что-то делать дополнительно, по мелочам: добавить какое-то дуа, где-то над чем-то задуматься, по крайней мере делать тасбихат, о чём мы с вами ранее говорили.

Как минимум ты должен сохранять свой интеллектуальный, духовный и физический уровень. А в идеале ты должен делать «иртика‘», должен расти.