Закрепить за собой

Закрепить за собой.

Вот я не помню: у меня помечено, что мы не цитировали, а вроде цитировал, но неважно. Буквально две строки. Эта тема — большая тема, это хорошая богословская книга. Здесь мы с вами что-то цитировали отсюда по поводу благодарности. Возможно, это мы тоже процитировали. Это начало стихотворения. Но это важные две строки.

Почему? Потому что, ну вот представьте себе: сегодня обещали дождь, вчера показывала погода. Но я в какой-то степени переживаю за вас, а точнее — за тех, кто на улице. С четверга и в пятницу стараюсь хутбу покороче сделать. Ну там холодно, или дождь, или снег. Я стараюсь как бы быть вместе с ними в этом плане, насколько возможно. В том числе посмотрел погоду. Вчера показывало: 85% дождя. 85%! То есть целый день. Сегодня утром смотрю — вообще дождя нет. Ветром тучи унесло, видно, за ночь тучи унесло в другом направлении. Дождя нет. Думаю: альхамдулиллях. Потом там ветер, написано, что ветер будет. Ну, иншааллах, всё будет нормально.

Но суть вот в чём: начинается дождь. Человек, например, едет на машине, начинается дождь, грязь, слякоть. Сейчас там всё тает, вся эта грязь летит на тебя. Или ты идёшь пешком, человек проезжает, а тут всё тает и тебя обливает грязью. И человек говорит: «Ну вот, опять это… У меня стеклоомывающая жидкость закончилась, а тут грязь. Или вот этот проехал на своих “Жигулях” и меня облил. Ну вот опять этот дождь. Или опять этот снег — сейчас снег придёт убирать или ещё что-то, завтра машину там не раскопаешь. Ну вот опять это. Или опять цены повысили…»

То есть если проанализировать, у нас это… Надеюсь, я уже давно себя вылечил от всех этих вещей, но часто в речи такие вещи могут выходить: «Ну вот так, вот опять вот это, опять вот это, ещё что-то».

Я написал: «Прислушивайтесь к своим словам и словам ваших близких», потому что мы говорим, наши дети нас копируют. Мы можем их отредактировать, пока они с нами, а потом — хоп — они уже вырастают, у них своя жизнь. На начальном этапе их можно отредактировать.

И вот богословское изречение как раз в начале темы о шукре, благодарности:

مَنْ لَمْ يَشْكُرِ النِّعَمَ فَقَدْ تَعَرَّضَ لِزَوَالِهَا، وَمَنْ شَكَرَهَا فَقَدْ قَيَّدَهَا بِعِقَالِهَا.

مَنْ لَمْ يَشْكُرِ النِّعَمَ — кто не благодарит за блага, تَعَرَّضَ لِزَوَالِهَا — тот идёт к тому, чтобы их потерять. Та‘аррада, то есть он направляется, идёт в том направлении, чтобы это потерять.

И здесь важный момент. По сути, человек… Даже на днях младший — что-то мы с ним выходили, шестилетний. До этого, может быть, было какое-то обсуждение, и он говорит: «Вот я там не богатый, у меня нет ни семьи, ни денег». Я вообще удивился: ну откуда это берётся? Шестилетний, мы вообще не об этом говорили, о чём-то там. И он говорит: «Вот я не богатый, у меня нет ни денег, ни семьи».

Шесть лет. Я говорю: «Послушай, ты очень богат». Но я сам в это верю, я сам это знаю: любой человек от рождения богат. То есть у него это вышло, и я сразу это фиксирую, сразу редактирую. Я говорю: «Ты очень богат».

«Ну у меня же…»

Я говорю: «У тебя семья есть».

«Ну это же…»

А вот семья именно, семья как бы отдельно своя. Я говорю: «Ну послушай, тебе шесть лет. Потом будет, но сейчас у тебя тоже семья есть, и потом тоже будет: там женишься, будут дети». Но мы с детьми всегда обсуждаем: вот женитьба, вот замужество, вот сколько, у тебя будут дети. Он тоже это слышит, он самый младший.

Я говорю: «Ты богат, ты очень богат». Но я это говорю не с точки зрения моего богатства, а с точки зрения его богатства. Он богат тем, что у него есть, богат тем, что будет, богат возможностями. Всё это, альхамдулиллях, у него есть. Бери, делай, бери, используй, бери, пользуйся, приумножай.

И вот здесь: тот, кто не благодарит за блага, идёт к тому, чтобы их лишиться.

Вот в самых разных ситуациях. Порезался в очередной раз. Интересно: летом я порезался, например, в августе. Сильно порезал ногу. Уже август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль, уже март — восьмой месяц, а мне всё равно этот шрам даёт о себе знать. Ну, как бы медленно заживает.

Чуть порезался там. На ифтаре решил себе чай заварить, и вот там такая плитка прессованная. Думаю: «Дай её ножом сейчас». Она не ломается. «Дай сейчас ножом». Ну да, у меня уже такие случаи были. Опять в очередной раз ножом — а нож съехал и мне прямо по пальцу. Ну хорошо ещё, думаю: «О, альхамдулиллях, что не глубокая рана». То есть рана есть, но она неглубокая.

Но потом каждый день тебе это напоминает: чуть дискомфортно. Ладно, когда кровь течёт, а потом же тоже чуть тут больно, там больно, тут дискомфортно, боль. Но на каждую боль что? Ну, в моём понимании, благодарность. Благодарность Всевышнему: пальцы же на месте, всё есть, альхамдулиллях.

Как однажды я там столкнулся с ребёнком. Он лишился четырёх пальцев в детстве, не дай бог. Я вот смотрю, и он даже автоматически… Так как дети, к сожалению, обижают, в садике замечают, обижают из-за этого. Они не жалеют, они безжалостны — очень часто дети. И он привык убирать, скрывать, не показывать эту руку.

Но даже когда я знаю его, когда порой пересекаемся, мне прямо перед Всевышним… Ну, я не знаю: и неудобно, и безмерно благодарно. У меня-то все пальцы на месте.

То есть не сосчитать. В Коране говорится: «Если вы станете считать блага Аллаха, то не сможете исчислить их». Ля тухсуhа. Ихса — это поставить в какие-то рамки. Они без рамок, они без границ. То есть то, что Всевышний даёт, вообще границ не имеет. Вы таким количеством всего пользуетесь.

Но если вы неблагодарны, вы идёте к тому, чтобы лишиться имеющегося. А вот если вы благодарны — кайядаха би-‘икалиhа, — то вы, ну, это как заковать, привязать. Я даже здесь больше, наверное, сравнил бы с тем, как коня оседлать: теперь уже никуда не денется.

То есть когда вы благодарны за каждую мелочь — альхамдулиллях, вот это, вот это — сердцем, ощущением, языком, устами своими, благодарность закрепляет это за нами. То есть тот или иной материальный достаток, наши дети, наша какая-то деятельность — если мы благодарим Всевышнего, это за нами закрепляется, даже от нас не оторвёшь. Оно прямо как приковывается к нам.