«Эти дикие басурмане»

Бывают разные люди, разные моменты, разные подходы, разный анализ. И потом смотришь: да, на самом деле у нас, у мусульман, иногда бывает такое, где-то такое диковатое поведение.

Или человек говорит: «Вот, говорит, там молодой парень такую бороду отрастил» и так далее. Говоришь, смотришь — как будто это… Как это? Бормалей? Нет, не Бормалей. Как это, в «Золотом ключике», у Буратино? Бормалеем его звали? А, Карабас-Барабас. Но Карабас-Барабас же — это отрицательный герой, правильно? Ну, такой бороду отрастил — всё, там свои молодые годы, там всё… Ну, так страшно выглядит, да.

Здесь не вопрос бороды. Вопрос в том, что симпатично выглядеть — это важно, хорошо с точки зрения ислама.

Но вот здесь одну строчку я хотел процитировать из Мухаммада аль-Газали, из его книги «Хулук аль-муслим». Это наш современник, жил в прошлом столетии, в конце столетия умер. А сам трек я назвал «Эти дикие басурмане». Эти дикие басурмане.

وهذه التعاليم في البيئة الصحراوية التي عاشت دهورا على التخاصم والنزق تشير إلى الأهداف التي رسمها الإسلام، وقاد العرب في الجاهلية المظلمة إليها.

То есть ранее мы с вами говорили о том, что цитировали хадис: главная миссия, основная миссия заключительного Божьего посланника ﷺ — лиютаммима макарим аль-ахляк. Чётко сказано в достоверном хадисе: довести нравы человека до совершенства.

Мы с вами сказали, что обязательная молитва — «танха ‘аниль-фахша’и валь-мункар», в Коране говорится об этом, — удаляет человека от всего аморального, скверного.

То, что закят в том числе… «Ли-тутаххирахум ва тузаккихим биһа». То есть закят — в данном случае «тутаххирахум». «Хуз мин амвалихим садакатан тутаххирухум» — там была бы другая огласовка: «тутаххирухум». То есть выплата закята даёт человеку чистоту духа, чистоту его материального достатка, очищение от грехов — «ва тузакки», — и рост, в том числе рост его благосостояния.

Вот эти все моменты — то есть религиозная практика — облагораживают человека со всех точек зрения, морально и материально обогащают.

И вот здесь важная строчка. «Хадхихи-т-та‘алим» — вот эти знания, вот эти побудительные тексты в Коране, в хадисах — вы должны учитывать: они были первоочередно обращены ещё на самом начальном этапе миссии заключительного Божьего посланника ﷺ.

Вся эта религиозная практика — молитва-намаз, закят, пост — в следующий раз, иншаллах, будем живы-здоровы, тоже поговорим об этом. Всё это было адресовано «би-ль-бия ас-сахравийя» — людям, которые жили в пустыне, «ашадду гуранан аля-т-тахасум ван-назак», которые веками жили в постоянных противоречиях, спорах, легкомыслии, назаке и вспыльчивости.

То есть всегда бедуин — это человек такой: где-то легкомысленный, где-то вспыльчивый, где-то грозный, да. То есть вот всё, что мы говорили…

Миссия заключительного Божьего посланника ﷺ появилась, по сути дела, в диком, то есть в пустынном обществе, где дикие нравы, где главенствуют сила, грубость, жестокость; где люди… Ну и так далее, и так далее, и так далее.

Поэтому именно в этих исторических условиях, уже начиная в том числе с межплеменных противоречий между арабами — а арабы представляли собой разные племена, — появляются эти ценности, в том числе религиозная практика, которая воспитывает в человеке стержень морали и нравственности.

«Хадхихи-т-та‘алим филь-бия туширу лиль-ахдаф алляти расама аль-ислам». И вот эти знания показали дикому обществу пустыни те цели, к которым призывает ислам.

«Ва када аль-араб филь-джахилийя аль-музлима иляйха». И это повело арабов того доисламского, джахилийского периода, диких арабов, к этим целям — морали, нравственности и вот этой именно культуры.

Поэтому говорят же: вся наука, современная наука, имеет корни. Европейская наука — она вся имеет корни. Там много технологий, да, но корни научные, основы — мусульманские.

То есть период, когда мусульмане приняли эти ценности, мораль, — это в том числе помогло им понять, что у каждого человека есть определённая жизненная миссия.

Да, нравственность, да, религиозная практика, отсутствие вредных привычек, правильное взаимоотношение с людьми разных национальностей, культур, вероисповеданий. И у тебя высвобождается, так как ты ответственный человек, много времени.

Кто-то занялся более основательно сельским хозяйством, кто-то — математикой, кто-то — физикой, кто-то — врачеванием и так далее.

Но очень многое было потеряно именно в период Чингиз-монгольского нашествия не только на Россию, если брать исторические российские земли, но и в том числе на арабские земли, в том числе на Багдад.

То есть всё было стёрто с лица земли, все библиотеки были уничтожены, вся та наука, которая была зафиксирована в книгах, на каком-то этапе уничтожилась.

Но монгольское иго не дошло до Европы сегодняшней. То есть мы, россияне, на своём этапе уже… Это всё сложные этапы истории. До Европы не дошло, и поэтому всё то, что европейцы взяли у арабов того периода, которые достигали высших уровней науки, у них сохранилось. У них это не было выжжено, и потом потихонечку развилось.

Это не в том смысле, что кто кому что должен. Человечество в общем и целом развивается, оно должно помогать друг другу: разные культуры, разные нации, разные страны.

Мы живём с вами в очень интересный период. Посмотрим, что будет дальше. Товарищ Трамп что-то делает, творит конкретное. Посмотрим. Всё закрывается: технологии закрыть, это закрыть, тут ограничить, там ограничить, тут поставить такие барьеры. Вообще не поймёшь, что происходит.

Но в то же время любой мусульманин — с учётом того, что мы здесь говорим, — мусульманские ценности моментально сметают с человека всю дикость, всю грубость. Если человек выполняет религиозную практику, он становится всё более благородным.

Тот же самый закят даёт человеку в том числе понимание финансовой грамоты и так далее.