Факых и суфий

Книга «Как увидеть рай» — да, то есть постоянно рекомендую её, особенно тем, кто начинает изучать ислам, чтобы не попасть в какие-то деструктивные или идеологизированные течения. Но в то же время в этой книге «Как увидеть рай» есть довольно большая тема про имама аш-Шафии. Либо на umma.ru посмотрите.

Я лишь процитирую стихотворение, в данном случае назвал его «Факих и суфий»:

«Факихан ва суфийан, факун лейса вахида, фа-инни ва хаккиллахи иййака ансаху. Фа-залика касин, лам язук кальбуху тука, ва хаза джахуль, фа-кайфа зуль-джахли яслиху».

Имам аш-Шафии — то есть 1300 лет назад. Как это было актуально, так и сейчас это актуально.

Это богословское наставление имама аш-Шафии. Он говорит: факихом, то есть человеком, разбирающимся в мусульманских канонах, ва суфийан — человеком, который развивает в том числе и духовную сторону своей жизни: такие качества, как благодарность, принятие, искренность.

«Факун лейса вахида» — ни в коем случае не будь только одним из них. Не будь только одним из них.

«Фа-инни ва хаккиллахи иййака ансаху» — я тебя наставляю, я тебя прошу. «Уаллахи, — говорит, — вот не будь только одним из них».

То есть богословие изучай, каноны, и развивай духовную сторону своей жизни: искренность, благодарность, принятие, работу со своими страхами и так далее, и так далее, качества.

И во второй строке продолжает: «Фа-залика касин». Человек, который сфокусировался лишь на канонах, — он чёрствый. Он чёрствый.

«Лам язук кальбуху тука» — его сердце не вкусило набожности. То есть он всё вот так: это аят такой, хадис такой, это фард, это сунна, это харам — всё прямо вот так, всё по полочкам разложит. Но духовной составляющей в этом нет: понимания, гибкости ума, широты взгляда, глубины мысли, духовности, трепета перед Богом, благодарности, искренности.

Вот эти качества в нём не развиты. Он просто знает: вот так можно, так нельзя, это харам, это фард и так далее. Он говорит: человек, который знает только эту сторону ислама, — касин, он жестокий и чёрствый. Чёрствый. Жёсткий. Так, не жестокий, а жёсткий. Чёрствый, касин.

«Лам язук кальбуху тука» — его сердце не вкусило набожности. Что такое набожность, он не знает. У него чисто сухие знания, богословие.

«Ва хаза джахуль, кайфа зу-ль-джахли яслиху?» А тот, который день и ночь перебирает тасбих, считает: сто раз «альхамдулиллях» сказал, тысячу раз сказал, миллион раз. «Слышишь, брат, я тут уже два миллиона раз “альхамдулиллях” сказал. Я тут на тахаджуд…» — вот это, другое там, ещё что-то длинное, такой ещё посох, ещё там что-то, там что-то. «Ох, смотри, такой набожный».

А знаний нет. То есть вид такого серьёзного шейха: шейх, шейх, прямо шейх, шейхов и шейх, за шейхов, шейх, шейх, шейх. Но это всё красивые слова тасаввуфа, вроде как суфизма.

Но если знаний нет, то здесь как раз: джахуль — человек, который сфокусировался лишь на духовной стороне, но не знает, что халяль, что харам, не изучает аяты, не изучает хадисы. Этот человек невежественен.

«Кайфа зу-ль-джахли яслиху?» И как он, невежественный, может быть прав?

То, что ты скажешь миллион раз «альхамдулиллях», умнее ты не станешь. Понимаете, нет? Сказав миллион раз, ты суру не прочитаешь, ты хадис не поймёшь. Ты просто скажешь «альхамдулиллях» сто раз — и будешь думать, что… Или там миллион раз.

Ты скажешь другим в гостях: «Знаете, я вот тут всю ночь намаз читал, там три миллиона раз. У меня специальный счётчик на телефоне, все современные технологии. Три миллиона раз “альхамдулиллях” сказал». Такие у него здесь мешки под глазами, весь такой уставший.

«И я вот там вот… О, святой! Ты за нас дуа почитай, мы тут все такие грешники: целыми днями работаем, днём спать приходится, а днём работать, потом детей в садики везти, на занятия. Ты же святой вообще, всю ночь не спал».

Ну потом днём зато спит.