Хадж. В чем смысл?

Хадж — это предписание, относящееся именно к этапу заключительного Божьего послания, и оно также входит в категорию пяти столпов религиозной практики. Хадж — паломничество. Хадж обязателен один раз в жизни. Я, насколько помню, как раз, по-моему, в 46 или в 47 лет совершил хадж один раз в жизни. Много имел возможностей до этого и после этого, но один раз в жизни вместе с супругой — всё, чтобы этот вопрос для себя закрыть и его реализовать.

Потому что хадж — раз в жизни и всё. Это предписание, которое надо по возможности, если ты мустаты‘, если есть такая возможность, как говорится в Коране: «манистата‘а илайхи сабиля», — если ты в состоянии. Подразумевается в первую очередь материальное состояние человека. Если ты в состоянии, то тебе предписан хадж.

И вот в этом контексте:

وَقَدْ يَحْسَبُ الْإِنْسَانُ أَنَّ السَّفَرَ إِلَى الْبِقَاعِ الْمُقَدَّسَةِ الَّذِي كُلِّفَ بِهِ الْمُسْتَطِيعُ وَاعْتُبِرَ مِنْ فَرَائِضِ الْإِسْلَامِ عَلَى بَعْدِ أَتْبَاعِهِ يَحْسَبُ الْإِنْسَانُ هَذَا السَّفَرَ رِحْلَةً مُجَرَّدَةً عَنِ الْمَعَانِي الْخُلُقِيَّةِ.

Вот в этом контексте

Человек может считать, что путешествие на святые земли, путешествие, которое предписано человеку, имеющему такую возможность, является одним из обязательных положений ислама, фардом для некоторых людей, то есть не для всех, а для тех, кто имеет возможность. В первую очередь мы сказали: «манистата‘а илайхи сабиля», то есть кто имеет материальную возможность, для того это становится обязательным.

Так вот, немалое количество людей на самом деле считает, что это путешествие — рихля, когда он отправляется в путь, — مجردة عن المعاني الخلقية, то есть путешествие, в котором, по сути дела, каких-то нравственно-моральных составляющих, нравственно-морального смысла, ма‘ани, или смыслов, как таковых нет.

Ну вот, ты отправляешься в хадж, совершаешь там таваф, са‘и, вот Арафа, жертвоприношение. То есть ты совершаешь определённые действия — и всё. Соверши их — и всё. По сути дела, ничего: ты вернулся в свою повседневную жизнь, и ничего в твоей жизни не изменилось. Каким ты был, таким ты и остался.

То есть человек совершил путешествие, и оно مجرد — оно не имеет какого-то духовного смысла, то есть хулькийя, того, что нравственно и морально совершенствует человека. Реально, прямо человек, ну как… Ржавый металл, помещённый в кузнечную печь, — вся ржавчина от высокой температуры слетает, и остаётся именно чистый металл.

Нет, обычно человек так не воспринимает. То же самое, например, когда он говорит: в разных религиях есть разные формы поклонения, когда чему-то там поклоняются. Я не знаю, там чему-то, чему-то. То есть у индусов что-то, у христиан что-то, у мусульман… Что там: вот они пришли, вокруг этого Чёрного камня или Каабы прошли, здесь на Арафате постояли. Ну и как в других религиях люди посещают какие-то особые святые места, посещают какие-то особые храмы, и вот такое духовное путешествие.

Здесь он говорит о том, что هذا خطأ — именно такое отношение к совершению хаджа, который не всем предписан, но если есть соответствующие условия и для человека совершение паломничества стало обязательным, то восприятие его как مجرد, просто сафара, просто как путешествия, пусть даже такого духовно-религиозного, — это хата, ошибка.

И здесь как раз он приводит аят о том, что Всевышний Творец в Коране говорит. Вот здесь идёт цитата:

«Аль-хаджу ашхурун ма‘люмат. Фаман фарада фихинналь-хаджа фаля рафаса ва ля фусука ва ля джидаля филь-хадж».

Хадж — это определённое количество месяцев. «Фаман фарада фихинналь-хаджа» — тот, кто совершает паломничество. «Фаля рафаса» — то есть никоим образом не говорить непристойности, не сквернословить. Есть такая форма: «фаля рафаса». Это строгая, чёткая, категоричная форма. «Фаля рафаса» — не говорить непристойности, не сквернословить. «Ва ля фусука» — не совершать чего-либо аморального. «Ва ля джидаля» — не спорить «филь-хадж», во время паломничества.

Это где написано? В Коране.

Обычно люди воспринимают: вот оно, паломничество, вот Саудовская Аравия. Интересно же. Я впервые там оказался в 1991 году, уже говорил об этом. По сути, да, паломничество — интересно: вот она, Кааба, вот другие исторические, важные, святые места — Мекка, Медина.

И здесь интересный момент. Даже те из вас, кто был в хадже или собирается в хадж, просто могут послушать себя, услышать в том числе других. О чём говорят люди? Они будут говорить о высокодуховном, о том, как совершенствовать себя, чтобы рано вставать, чтобы большего добиваться, чтобы сильнее любить свою жену или своего мужа, более праведно воспитывать своих детей?

Очень часто люди просто перемывают чьи-то косточки: обсуждают того, обсуждают сего, обсуждают другого, третьего или какие-то мелочи. То есть абсолютно неважные вещи: а вот тут вот так, чуть-чуть вот так, а если тут такая мелочь, вот так, а хадж примется или не примется, а вот это ещё что-то. То есть абсолютная мелочёвка.

Вот непосредственно в Коране этот аят — это сура «Аль-Бакара», 197-й аят, где чётко и ясно сказано: «Фаля рафаса». Если ты совершаешь паломничество, «фаля рафаса» — нет сквернословию и непристойностям. «Ва ля фусука» — никаких аморальных поступков, безнравственности. «Ва ля джидаля» — никаких споров. «Филь-хадж» — в хадже.

Ясно, да? Если в хадж отправитесь, вот этот аят прямо надо на лбу себе написать, чтобы каждое утро смотришься в зеркало и видишь: так, «ля рафаса, ля фусука, ля джидаля». Это прямо чёткий коранический текст, прямой текст, что вот эти вещи во время паломничества недопустимы.

То есть это в контексте того, что паломничество в святые места — Мекку, Медину — это не какое-то просто путешествие. Да, безусловно, сама атмосфера, большое количество людей, атмосфера мечети — всё это воодушевляет, вдохновляет, окрыляет и так далее. Но если вы, находясь там, не изменяетесь в речи, в отношении, в ощущении, в анализе происходящего, то вы не изменитесь, вернувшись обратно.

И поэтому обычно люди… Помните, я вам говорил, что однажды ехал — так получилось, что по приглашению, и мне оплатили бизнес-класс. И вот я сижу вдоль прохода в бизнес-классе, ещё один мужик тоже сидит вдоль прохода. Я боковым зрением вижу его: летим какое-то количество часов, он всё пьянеет и пьянеет. Там, ну как бы, бесплатно алкоголь — всё просит алкоголь, ещё пьянеет.

Но я по акценту слышу, что он как бы определённой национальности. И в какой-то момент — или он что-то сказал, или я — но мне уже как-то совсем… Я долго упорно молчал. Я решил всё-таки — прав или не прав, не знаю, — но я надавил чуть-чуть на его национальный фактор, не на религиозный: проповедь я ему не читал.

То есть это был, например, 2015 год, а я знал людей его национальности с 1992 года. Я говорю: «Я близко знаком с представителями вашей национальности с 1992 года, а это уже 2015-й примерно. Я с вашей национальностью знаком с 1992 года и ни одного представителя вашей национальности, который пил бы, не встречал. Ни одного. То есть я с 1992 года хорошо знаком с представителями вашей национальности, но чтобы представитель вашей национальности пил — это нонсенс, это невозможно, это нереально вообще».

Понятно, что я так серьёзно на его совесть поднадавил. Наверное, я этого и хотел. И первое, что он сказал, — вот в контексте хаджа, — он сказал: «Да, там вот все в хадж ездят, а возвращаются всё так же: пьют, курят, гуляют».

Я ему про религию ничего не сказал. Он меня не знает. Тогда ещё, по-моему, даже YouTube особо не было, то есть по лицу меня сложно было узнать, и тем более он вообще не из тех, кто слушает религиозные лекции. Он меня абсолютно не знает.

Но у него именно это вышло. Представьте: вот какой-то такой затык или какое-то дьявольское препятствие, или какое-то, не знаю, дьявольское оправдание себе. Хотя я про религию ничего не говорил, он сказал: «Вот в хадж ездят, а всё так же дальше пьют, гуляют и всё остальное».

Но этот мужик по-своему был прав. То есть он, если я в своей жизни не видел представителей его национальности пьющими, в своей жизни видел тех, кто и пьёт, и совершает паломничество, потому что деньги позволяют. И это, конечно же, очень плохо.

То есть он как бы вскрыл реальность. Это ему не оправдание, но он своими словами приоткрыл реальность, в том числе для меня, такого как бы определённого… Приоткрыл реальность, что это есть.

Хотя, повторюсь, имамам всех времён и народов, говоря о хадже, очень важно обращать внимание на этот аят, из года в год людям напоминать: да, хорошо, вы отправляетесь в хадж, у вас появилась возможность, молодцы. Но знаете ли вы, что помимо определённой одежды, вхождения в состояние ихрама, помимо определённых ритуалов — тавафа, са‘и или вукуфа би-Арафа — есть чётко и ясно в аяте слова: «фаля рафаса, ва ля фусука, ва ля джидаля филь-хадж».

То есть в хадже нельзя: «ля рафаса» — никакого сквернословия, непристойностей; «ля фусука» — никакой аморальности; «ля джидаля» — никаких споров.

Это важно. И это прописано в Коране.