Потеряться в мелочах

«Мин ахтаиль-‘абидин» — из числа распространённых ошибок людей, начинающих религиозную практику, да и вообще религиозно практикующих. Распространённые ошибки. Здесь буквально одна строчка и чуть-чуть пояснения.

Как я говорил, это Мухаммад аль-Газали. Это один из крупных богословов, то есть не какой-нибудь сказочник. Он говорит чётко на аятах, на хадисах, на основе мусульманского богословия. Он также выпускник университета Аль-Азхар, как и я. Он умер в прошлом столетии, в 1996 году. Но именно в контексте прошлого столетия эти вещи и в наше время всё так же актуальны.

«Мин ахтаиль-‘абидин» — из числа ошибок тех, кто практикует религию.

«Мин ‘алямати иттiba‘иль-хава — аль-мусара‘ату иля навафильиль-хайрат, ват-такасуль ‘аниль-киям биль-ваджибат».

Я вам сейчас кратко постараюсь перевести и пояснить. Но, пожалуйста, здесь тема очень полезная. Она постоянно присутствует в нашей жизни, и вся наша жизнь пропитана этой темой, этими словами. Важно видеть это в жизни.

Здесь о чём? Распространённая ошибка людей, практикующих веру, совершающих религиозную практику.

«Мин ‘алямати иттiba‘иль-хава» — из числа признаков, указывающих на то, что человек идёт на поводу у своих страстей, причуд и капризов. Это когда «аль-мусара‘а» — человек спешит и стремится совершать «навафиль аль-хайрат», второстепенные благие дела. При этом «ат-такасуль ‘аниль-киям биль-ваджибат» — он ленится выполнять то, что обязательно.

В Коране есть два аята, потом сами посмотрите. Это 25-я сура, 43-й аят, и 45-я сура, 23-й аят. Даже цифры у них похожие.

25-я сура, 43-й аят: «Араайта ман иттахаза иляахаху хава» — «Видел ли ты того, кто взял себе в качестве бога свои желания, свои хотелки, хава, свои страсти, свои причуды?»

В другом аяте, 45-я сура, 23-й аят, там практически то же самое, только говорится: «Афараайта ман иттахаза иляахаху хава». В одном аяте продолжается одна мысль, в другом — другая. Смысл один: видел ли ты человека, который взял себе в качестве бога свои желания, свои капризы, прихоти и причуды?

И вот здесь, с точки зрения религиозной практики, он как богослов — сам египтянин. Египтяне — очень религиозно практикующий народ. Весь Персидский залив, в основном преподаватели, — это египтяне.

Почему в основном в Персидском заливе преподаватели — египтяне, знаете? Когда-то Египет был богатым, когда у них была нефть, потом у них нефть закончилась. Последние десятилетия, может, уже четыре или пять десятилетий, это довольно бедная страна.

И в этом вся красота. Люди стремятся получать знания, в том числе богословские, а это очень сложно. В Персидском заливе в последние десятилетия что? Много нефти. Поэтому учиться, тем более заниматься кандидатской, докторской, профессурой, преподаванием — да кому это нужно? Мозги ломать.

Даже особо и не нужно там, как сейчас порой молодёжь говорит: «А зачем высшее образование? Я вот на Wildberries тут куплю, там продам — вот у меня и деньги уже есть». Но смысл же не в деньгах.

Поэтому египтяне обычно очень… Ну и традиция Аль-Азхара в том числе, как одного из самых авторитетных богословских университетов в мире. История Аль-Азхара — это более тысячи лет. Он как раз находится в Каире, в Египте.

И вот вроде как египетский народ — народ, то есть бедность помогает добиваться большего, учиться лучше, практиковать религию более строго и последовательно.

Но при этом одной из человеческих ошибок, именно когда человек практикует религию, одной из форм следования своим прихотям и желаниям является то, что человек совершает всё больше и больше благих второстепенных дел, при этом не обращая внимания на благие, но обязательные дела.

Понятно, нет?

Часто человек говорит: «Вот там те, кто намаз читает, — у кого-то плохой родственник или ещё что-то, а вот я хороший, у меня вера в сердце».

Не только вера в сердце — да, это важно, это обязательно. Но обязательна и молитва: она ваджиб, она обязательна. То есть тебе нужно просто-напросто не идти на поводу у того, что вера в сердце — это уже хорошо: «Молодец».

Но следующий шаг — несколько молитвенных форм, несколько движений, и ты начнёшь совершать обязательную молитву. Даже самые обязательные вещи, самые обязательные: вот пять обязательных молитв — всё, и вот это делай.

И интересный момент: когда человек начинает это делать — обычно из-за разных причин. Кто-то обязательно должен умереть: мама умерла, папа умер или бабушка умерла, и человек вдруг задумался: оказывается, там что-то ещё есть. «Давай теперь буду молиться».

Ну хорошо, у каждого какой-то свой путь к Богу. Человек начинает религиозную практику, и вот тогда один из моментов следования хава — то, что человек начинает идти на поводу у своих страстей.

Он говорит: «А какие ещё дополнительные молитвы?» — «Вот это». — «О, я буду это делать. А ещё что дополнительное?» — «Вот это». — «А ещё что дополнительное?» — «Вот это».

При этом в семье — никакой, в учёбе — никакой, в карьере — никакой, в жизненных успехах в других областях — никакой. Хотя семья обязательна, воспитание детей, рождение детей — обязательны, твоя работа, заработок — обязательны. Всё это — ваджибат, но ты пошёл лёгким путём.

Дополнительные вещи тебя увели, а по сути дела ты просто-напросто пошёл на поводу у своей прихоти и своих желаний.

Надеюсь, понятно донёс. Здесь как раз об этом.

«Валь-фуруд алляти яджиб адауха касира ва мутанаввиа» — обязательных вещей в жизни много, и они самые разные. Это не только религиозная практика, нет: их много, и они разные.

«Уа хия филь-‘ибадат махдуда, камман ва кайфан». Например, если это религиозная практика, то там есть определённые вещи, которые обязательны, и обязательны они в определённой форме.

Но помимо этого, «ва лакиннаха филь-‘адат» — точно так же обязательные вещи есть вообще в жизни, в повседневной жизни.

И вот этих обязательных вещей в жизни много, причём они имеют формы, которые постоянно совершенствуются. Форма обучения, форма работы со своим интеллектом, со своим телом, та же самая коммуникация — совершенствование навыков общения даже внутри семьи. Там всегда есть над чем работать, это постоянно совершенствуется, и это обязательно.

Так что это касается того, чтобы не потеряться в мелочах. Есть важные вещи, их нужно всегда находить или не лениться их выполнять.

Вечером, когда ты уже уставший, или телефон тебя отвлекает, или ещё что-то, вот так неохота с ребёнком общаться или играть — ну, некоторым из нас. Но это обязательно.

И хорошо, если рядом с вами жена, которая говорит: «Пожалуйста, пообщайся с сыном». И вы не ленитесь, а как отец реализуете эту обязанность, эту обязательность.

Я это говорю тоже как многодетный папа. Четверо сыновей, две дочери. Не могу сказать, что прямо хороший папа, но я стараюсь. И каждый из нас.

Вот эти ваджибат — то, что обязательно. Я просто на собственной шкуре знаю, как сложно делать то, что обязательно. Всегда хочется отвлечься на то же хорошее, но необязательное.